Гильдия Тяжелого Металла
     
 

Интервью с Гари Шероном (осень 1998-го)

 
 

 

Справшивал Дэвид Дж. Криблз


Гари Шерон находится, как говорится, между двумя мечами. Занять место вокалиста легендарных Van Halen - однозначно несбыточная для многих мечта. И у него она воплотилась в реальность. Однако завоёвывать орды фанатов, отдававших предпочтение Дэвиду Ли Роту или Сэмми Харагу, должно быть, сплошной ночной кошмар.

Гари в этом плане не повезло. Фэны Van Halena уже страдали от потери Драгоценного Дэйва. Теперь это произошло опять с Красным Рокером.

Хотя кто-то из них любил только Дэйва, кто-то только Хагара, а кто-то их обоих - однозначно можно сказать что никто не был в восторге от прихода третьего певца.

И несмотря на это Гари взялся за работу и проявил недюжинное самообладание, проходя через это испытание. Практически каждый, кто был на последних концертах тура Van Halen отметил, что этот человек очень достоин и как вокалист и как фронтмэн. И те, кто беседовали с ним за сценой, также говорили, что он один из самых приятных фигур в рок-н-ролле.

В нашем первом интервью с Гари, он поделился своими мыслями о том, каково это - занять место культовых фигур, и высказал свои предположения о работе над следующим альбомом Van Halen.


Дэйв: Как идёт твоя адаптация к позиции фронтмена Van Halen?

Гари: Восхитительно и очень комфортно, но… каждый раз как выхожу на сцену мне приходится изрядно поволноваться первые три песни. Не важно как и что произойдёт, я всё ещё буду новым парнем, даже на следующей пластинке. Но с группой мы чувствуем единство. После третьей или четвёртой песни народ прыгает и веселится, так что всё проходит хорошо.

Дэйв: Что именно ты ощущаешь во время этих первых трёх песен?

Гари: Взволнованность по поводу того, что "вот ещё одна аудитория, которую следует покорить". Я чувствую давление с собственной стороны, чтобы сделать всё максимально хорошо. У меня не так много места для ошибок. Они как раз выискивают это! Это моя собственная паранойя. Всегда есть кто-то, кто стоит с опущенными руками. И тогда я думаю: "Ну что ж, мне всё равно, ведь я ни Дэйв, ни Сэмми".

Дэйв: Всё равно что гоняться за призраками?

Гари: Я пытаюсь вклиниться в шоу. Именно это даёт мне адреналин.

Дэйв: Мне лично кажется что Van Halen с Ротом, Хагаром и с тобой - это три разные группы, которые не подлежат сравнению. Ты согласен с этим?

Гари: Я думаю что в каком-то смысле ты прав. Когда разные вокалисты, то это разная химия. Когда мы с Эдди начали сочинять, то это было по-иному, не так как было с предыдущими вокалистами. Я напоминал себе, что Сэмми проходил через то же дерьмо 12 лет назад. Я знаю старый Van Halen, и когда пришёл Хагар, всё изменилось. Оно было хорошо, но в своём стиле. А теперь Хагар ушёл и я стал новым парнем.

Дэйв: Когда в Van Halen пришёл Сэмми в 1986-ом, то вышел диск 5150, один из жирнейших альбомов, проданных тиражом 6 миллионов. Твой первый альбом, Van Halen III, продался не так хорошо (всего пол миллиона копий). Это тебя смущает?

Гари: Это конечно обидно, но я стараюсь не сравнивать разные эпохи, ведь тогда было всё иначе. Но всё-таки для Van Halen существует некий высокий стандарт и всё что ниже двойной платины считается провалом. А я пришёл из Extreme, где считалось, что даже золотой статус - это неимоверно круто. Так что всё зависит от того как посмотреть. Но мне кажется группа осталась довольной.

Дэйв: А что там за ситуация с Warner Bros.?

Гари: Они оказали нам некоторую поддержку перед живыми выступлениями. Им понравилась музыка, и им были интересно куда мы сможем продвинуться с такими несколько необычными песнями как "Once" и "From Afar".

Дэйв: Я думаю вам для синглов нужно было выбрать более смелые песни. Если бы можно было всё поменять, что бы ты сделал?

Гари: Если так, то я думаю надо было бы показать песни "Once" и "From Afar", чтобы люди поняли куда идёт группа. Об этом ты договариваешься с лейблом. Прямой путь тут - это тогда, когда нет никаких разногласий в этом вопросе. Когда они услышали "Fire in the Hole" или "Without You" - они сказали: "О, это Van Halen". А "From Afar" было сложно приурочить к чему-то.

Дэйв: Как думаешь - люди настолько привыкли видеть тебя фронтменом Extreme, что им трудно принять тебя вокалистом Van Halen?

Гари: Не думаю. Многие знают группу Extreme по "More Than Words". А это только скажем так 1/10 всего Extreme.

Дэйв: Критиковали ли тебя из-за того, что ты выглядишь не типично для Van Halen, не будучи блондином с длинными волосами?

Гари: Не проходит и дня чтобы не подошёл какой-нить фэн и не сказал: "Мне бы ты больше нравился, если бы у тебя были длинные волосы". На что мне хочется сказать - "А мне ты бы больше нравился, если был бы на 20 килограмм меньше" (Смеется). Я шучу.

Дэйв: Как думаешь - есть ли трудности у публики с тем, что им сложно принять твой внешний облик из-за контраста с Хагаром и Ротом?

Гари: Люди пристрастились к Van Halen ещё когда была в моде та тусовка вечеринок в Калифорнии. Когда они видят меня на сцене, то я уверен, что они думают что я выгляжу очень странно. Видимо они думают так: "Этому чуваку тут не место! Это не похоже на Van Halen!" Но в группе есть завет, согласно которому каждый может быть сам собой.

Дэйв: Похоже что у людей иное восприятие Van Halen чем у самих музыкантов. Каждый смотрит на Van Halen как на самую лучшую рок команду.

Гари: Это потому что их музыка сидела в мозгах целого поколения выпускников школ. Без Van Halen не было бы Extreme и других групп. Нуно (гитарист Extreme) первым заметил это. Он любил Эдди и любит его сейчас.

Дэйв: Вы выросли вместе с Нуно. Тебе жаль что Extreme распался?

Гари: Жаль было всем. Это было чёрной полосой. Даже после 2 месяцев с Van Halen я всё ещё грустил о том, что группы в которой я работал 10 лет больше нет. Но по мере того как стали налаживаться отношения с Van Halen, я стал думать: "Наверное я здесь не без причины".

Дэйв: Ты поддерживаешь связь с ребятами из Extreme?

Гари: О да. У меня дружеские отношения со всеми. Они мне как братья.

Дэйв: Как думаешь - как себя почувствовал Нуно, когда ты стал певцом его кумира?

Гари: О да.. я думаю его это покоробило. Я помню как я пришёл к нему и сказал: "Ты знаешь… я лечу в Лос-Анджелес." Он спросил - "Зачем?". Я сказал - "Я решил поджемовать с Van Halen. Он сказал: "Да ты что?? Я слышал об этом, но хотел спросить у тебя лично. Вау, чувак. Я бы на это посмотрел. Думаю ты для этого подходишь." Он подбодрил меня, но я почувствовал, что ему обломно.

Дэйв: Пришлось ли тебе хитрить, чтобы попасть в группу?

Гари: Нет. Я не приходил на прослушивание с речами типа: "Мне это нужно! Я бы этого хотел!". Скорее было так: "Я бы хотел хорошо петь и приятно проводить время". И так вот всё произошло. Они никогда официально не сказали мне: "Ты теперь в Van Halen". Скорее было так - "Ну давай попробуем написать ещё одну песню".

Дэйв: Смущало ли тебя такое положение вещей, когда ты не знаешь на чём стоишь?


Гари: Я позвонил домой и сказал: "У меня забавное ощущение что это случится". И Эдди и в самом деле попросил меня присоединиться к группе на второй день. Большое ему спасибо за это, но правда, как мне показалось, он тогда сделал это предложение в порыве. Я чувствовал, что это не было однозначным "Да" или "Нет".

Дэйв: Я брал интервью у Нуно когда вышла его запись, и он сказал что у него складывается ощущение будто бы Van Halen заставляют тебя петь как Хагар. Это так?

Гари: Вообще-то он приезжал в студию когда мы писали тяжеляки типа " "Fire in the Hole" и "Ballot or the Bullet". Он сказал - "Они давят на твой диапазон". А я сказал - "Да, похоже на тебя и меня 10 лет назад когда ты писал всё в той тональности в которой хотел вместо того чтобы писать так, чтобы это мог петь вокалист". Вот так всё было. Писал Эдди и я не хотел жаловаться. Я хотел делать так, чтобы ему это нравилось.

Дэйв: Extreme ездили в турне с Ротом в 1992-ом. Как оно было?

Гари: Это был единственный участник Van Halen которого я тогда повстречал вживую. Тур был великолепным. Дэйв нам понравился. Он был дикий и безумный… иногда бессвязный, иногда плодовитый. Это Рот. Он отличный шоумэн. Мы смотрели на него с края сцены когда он пел ""Ain't Talkin' 'Bout Love." Я тогда и не представлял что со мной будет тоже самое шесть лет спустя. Дэйву понравился Extreme. На самом деле однажды он даже сказал что мы будем теми ребятами, которые выхватят флаг из рук Van Halen.

Дэйв: Встречал ли ты Сэма?

Гари: Нет, ни разу. Я слышал о нём многое, но стараюсь оставаться объективным.

Дэйв: Мешало ли тебе влиться во всю эту мыльную оперу Van Halen?

Гари: Я на самом деле к тому моменту мало что знал. Был немного наивным. Но даже если бы знал больше, всё равно согласился бы петь. Обо мне много говорят сплетен, но я не обращаю внимания. Хотя мыльная опера Van Halen поразительна. Это такой завет группы. Группа сотворила связь со многими людьми. Мне приходилось встречать этих фанатиков часто; они подходили к Эдди и говорили: "Ты причина тому что я взял в руки гитару", "Eruption изменила мою жизнь", "Я потеряла девственность под вашу музыку" и так далее. Это конечно смиряет тебя. Это как будто бы я зависал вместе с кучкой легенд.

Дэйв: Складывается ли необычное чувство, когда ты работаешь с теми кто старше и известнее тебя?

Гари: В студии все равны. Когда мы на публике - я знаю своё место - из-за уважения к ним. Это всё их. Я тоже жму руки фанатам, и чаще всего они говорят мне - "Добро пожаловать в семью". Я отвечаю - "Спасибо". Они больше члены группы, чем я.

Дэйв: Вы сделали ремикс на "Once" с женскими бэк-вокалами для сингла. Как так вышло?

Гари: Нам пришлось урезать песню, она было 8 минут длиной. Мы сошлись на том, чтобы это оставалось рок-песней. Мы не хотели чтобы это был чистый хит. "Josephina" и "Once" стоят достаточно близко. Но мы решили выдвинуть "One I Want". Я и Эдд спели бэки на "Once" и нам не понравилось. У меня была подруга в Лос-Анджелесе, Донна Де Лори, которая пела с Мадонной. Вообще песня хорошо зазвучала с ней. Может когда-нибудь она станет B-side.

Дэйв: Тебя удивило, что "Fire in the Hole" почти не мелькало на MTV?

Гари: Удивило? Нет. На MTV вообще мало видео, не говоря о каком-то одном роковом видео. Обламывает это, но это жизнь. Я привык к этому ещё со времен Extreme. Мы сделали 10 видео, которые никогда нигде не крутились.

Дэйв: Нравится ли тебе играть старый материал Van Halen на концертах?

Гари: Мне нравится. Для меня нет хорошей замены хорошей песни. На репетициях я старался делать так, чтобы песни не менялись слишком сильно до неузнаваемости. Я делаю их по-своему, но это всё ещё Van Halen.

Дэйв: Трудно ли петь тексты двух разных парней?

Гари: Да, несколько трудновато. Но я делаю это как бы со стороны. Для меня это как ночь кавер-версий.

Дэйв: Каково было твоё мнение о всей этой заварушке с "Best of..." ?

Гари: Я помню как на MTV играли с Дэйвом "Welcome Back, Kotter". Я позвонил нашему басисту Питу летом 1996-го и сказал - "Я же говорил что они воссоединятся! Они вернулись!" А он ответил - "А вот и нихрена!" Я сказал - "Если Тайлер и Перри вернулись, то Рот и Van Halen тоже могут". Я не знал что будет через несколько месяцев спустя…

Дэйв: Какова разница в работе с Van Halen и Extreme?

Гари: С Extreme …мы все из Бостона и у нас нет линейки для измерения успешности. Всё для нас было круто! Мы были парнями в надувном шаре, у которых была своя ниша. С Van Halen я попал в МакДональдс Рок-н-Ролла. Всё что ты скажешь или сделаешь будет записано. А общего - то что и то и то - рок группы. Extreme из того же теста что и Van Halen. Слава Богу что когда я пришёл в Van Halen это был всё тот же рок - студия, записи… Это было комфортно. Ребята из Van Halen конечно разные, и их троих я прежде никогда не знал. А с Extreme я всю свою жизнь. Кроме того я стал старше и уже не ребёнок. А у этих трёх парней свои дети.

Дэйв: Как так получилось что ты жил в гостевом доме Эдди?

Гари: Вообще у меня есть жильё в Бостоне. Но там я жил, потому что мы работали, и я был новым парнем в группе. Нужно было общаться для того, чтобы работать.

Дэйв: Насколько трудно покорить публику и сделать так, чтобы они проглотили третью версию Van Halen?

Гари: Недостающее звено - это запись. На самом деле запись создала эту связь. На самом деле у меня одна рука была завязана - из-за эйфории преддверия возврата Дэйва. Я думаю что турне сильно помогло мне в решении этой проблемы. Люди приходили на нас и говорили: "Окей. Может это и не совсем то, но однозначно неплохо, а может даже круче, чем было". Страсть вернулась к группе. Но всё ещё недостающим звеном является запись. На следующей пластинке нужно будет приложиться конкретно. Я думаю хорошей песни или двух будет достаточно. Люди например ассоциируют "5150" с песней "Why Can't This Be Love?", и это отличная песня.

Дэйв: Я слышал что лейбл Warner Bros. недовольны пластинкой с самого начала. Это правда?

Гари: Я не слышал такого ни от кого. Эдди говорил немного насчет лейбла. Первую песню мы написали "по телефону", у него была готова музыка и он отправил её мне. Я кое-что сочинил, даже не зная ребят. Это была "That's Why I Love You". Это было похоже на классический Van Halen. Лейблу очень понравилось. Но мы не стали записывать её, потому что подумали, как можно перейти от этой песни к "Once" или "From Afar?". Так ты проигнорируешь новые элементы группы. Но когда людей цепляет, их цепляет.

Дэйв: Остальные участники Van Halen тоже чувствуют на себе такое давление как и ты на себе?

Гари: Я думаю да, хотя об этом не говорится. Я не думаю что они шепчутся обо мне, потому что все знают как всё есть на самом деле. Но следующая запись покажет.

Дэйв: В каком ключе будет следующая работа?

Гари: У нас много материала. Я не знаю куда он весь будет применён, но если некоторые думают что альбом будет эклектичным, то могу сказать что мы …продвинемся за границы "From Afar". У нас есть песня, которая напоминает театр Led Zeppelin под названием "Sad Celibate". Мы ожидаем от этой песни большой результат. Ждём не дождёмся пока не сможем её выпустить.




Автор перевода: SV



 
   
Наши партнёры:






Центрростест источник.
 
 

Просьба ставить прямую ссылку на сайт при цитировании материалов.
Copyright (c) ГТМ

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100